Преступления против собственности

Размер причиненного ущерба учитывается в законе в качестве ква­лифицирующих признаков определенных составов хищения. Так, при­чинение значительного ущерба гражданину предусмотрено в п. «г» ч. 2 ст. 158, п. «г» ч. 2 ст. 159, п. «г» ч. 2 ст. 160 и п. «д» ч. 2 ст. 161 УК, а о причинении ущерба в крупном размере говорится в п. б» ч. 3 ст. 158, п. «б» ч. 3 ст. 159, п. «б» ч. 3 ст. 160, п. «б» ч. 3 ст. 161 и п. «б» ч. 3 ст. 162 УК.

Хищение признается оконченным, когда виновный изъял чужое имущество и получил реальную возможность распорядиться им по своему усмотрению. Исключение составляет разбой, который призна­ется оконченным с момента нападения. Для оконченного хищения не требуется, чтобы виновный фактически воспользовался похищенным имуществом, важно, что он получил такую возможность. Установление момента окончания хищения имеет значение для решения вопроса о возможности добровольного отказа, для определения круга соучастни­ков и индивидуализации ответственности и наказания. Возмещение имущественного ущерба или возвращение похищенного имущества не освобождает виновного от ответственности, но может служить основа­нием для смятения наказания.

Имущественный ущерб, причиняемый собственнику или иному за­конному владельцу, должен находиться в причинной связи с действия­ми виновного.

Субъектом хищения может быть вменяемое лицо, достигшее уста­новленного в законе возраста. Субъектом кражи, грабежа и разбоя может быть вменяемое лицо, достигшее 14-летнего возраста; субъектом мошенничества, присвоения и растраты — вменяемое лицо, достигшее 16 лет. Субъектом хищения, совершенного лицом с использованием своего служебного положения, может быть только должностное лицо (п. «в» ч. 2 ст. 160 УК).

Субъективная сторона хищения предполагает прямой умысел на изъятие чужого имущества. Виновный сознает общественную опас­ность своих действий и отсутствие у него права на похищаемое имуще­ство, предвидит неизбежность причинения собственнику или иному законному владельцу имущественного ущерба и желает его наступле­ния. Подобная направленность умысла отличает хищение от преступ­лений, при которых виновный хотя и получает противоправно и безвоз­мездно чужое имущество, но устремления его направлены не на пре­ступную наживу, а на достижение иных целей (например, получение средств по подложному больничному листу в целях оправдания прогу­ла, получение премии по фиктивным документам о достижениях по работе, удержание вверенного имущества в счет причитающейся в бу­дущем зарплаты). Такие действия при наличии необходимых призна­ков могут образовать состав злоупотребления должностными полномо­чиями (ст. 285 УК), служебного подлога (ст. 292 УК), самоуправства (ст.330 УК). Направленность умысла при хищении определяется ко­рыстными мотивами и целями. Сущность корыстного мотива состоит в стремлении виновного удовлетворить свои материальные потребности за чужой счет путем изъятия имущества, на которое у него нет права. Корыстная цель имеет место как в случаях обращения чужого имуще­ства в пользу виновного, так и в случаях передачи его другим лицам, в материальном положении которых виновный заинтересован. Таким об­разом, при хищении корыстная цель всегда связана с изъятием чужого имущества и обращением его в пользу отдельных лиц.

Наряду с корыстными целями при хищении могут иметь место и другие мотивы (хулиганские, честолюбивые, месть и т.д.). Однако социаль­ную сущность хищений отражают прежде всего корыстные устремления виновного, именно они определяют волевой акт и содержание умысла.

Требование корыстной цели не распространяется на соучастников, которые могут действовать в силу иных побуждений (родственных или дружеских связей, под влиянием угроз или насилия либо в силу слу­жебной зависимости). Важно лишь, чтобы этим лицам был известен характер совершенного исполнителем деяния.

Не может квалифицироваться как хищение изъятие чужого имуще­ства в виду ложно понимаемой производственной заинтересованности, а равно в случаях так называемого временного позаимствования, когда имущество изымается для временного пользования с его последующим возвратом.

Признаки хищения, содержащиеся в законодательном определении, являются общими для любого завладения чужим имуществом. Однако поскольку изъятие имущества может осуществляться различными спо­собами, существенно меняющими характер и степень общественной опасности содеянного, законодатель предусматривает шесть форм (способов) его совершения: кража, мошенничество, присвоение, растра­та, грабеж и разбой. В УК 1996 г. не предусмотрено хищение путем злоупотребления служебным положением. Использование служебного положения для завладения чужим имуществом предусмотрено лишь как квалифицирующее обстоятельство хищения путем мошенничества (п. «в» ч. 2 ст. 159) и путем присвоения или растраты (п. «в» ч. 2 ст. 160). В этой связи важно отметить стремление законодателя унифицировать квалифицирующие признаки отдельных форм хищений. Так, для всех хищений квалифицированными видами являются совершение их груп­пой лиц по предварительному сговору и неоднократно, а особо квали­фицированными — в крупном размере, организованной группой, лицом, ранее два раза и более судимым за хищение либо вымогательст­во. Для кражи, мошенничества, присвоения, растраты и грабежа квали­фицирующим обстоятельством предусмотрено причинение значитель­ного ущерба гражданину, а для кражи, грабежа и разбоя — незаконное проникновение в жилище, помещение или иное хранилище.

Каждой из предусмотренных в законе форм хищения, помимо общих черт, присущи свои особенности, уяснение содержания и смысла которых необходимо для правильной квалификации и устранения раз­ногласий в судебной практике.


2.1.Кража (ст. 158 УК).


Кража определяется в законе как тайное хищение чужого имущест­ва. Тайность присуща различным ситуациям изъятия имущества. Прежде всего это случаи завладения имуществом в отсутствие потер­певшего и посторонних лиц. Однако этот признак не исключается и тогда, когда изъятие имущества происходит в присутствии потерпевше­го, но незаметно для него (например, карманная кража, завладение имуществом спящего, пьяного, а также лица, не способного сознавать преступный характер действий виновного в силу малолетнего возраста, психической болезни или иного болезненного состояния)1. Изъятие имущества может быть тайным, если совершается в присутствии посто­ронних лиц, не сознающих происходящего, когда, например, виновный заведомо создает впечатление правомерности своих действий. Хище­ние не перестает быть тайным, когда виновный действует на глазах родственников, знакомых, сослуживцев, рассчитывая на их молчаливое согласие, попустительство.

Решающее значение для признания хищения тайным имеет оценка события преступления самим виновным. Поэтому содеянное квалифи­цируется как кража и в том случае, если факт хищения кем-то сознавал­ся, но виновный полагал, что действует тайно. Например, карманная кража в транспорте не перестает быть таковой, если ее наблюдал кто-то из пассажиров.

Для кражи типично изъятие имущества из чужого владения. Однако не исключает кражу и завладение имуществом, к которому виновный имел тот или иной доступ без права пользоваться и распоряжаться им. Имеется в виду кража сырья или готовой продукции рабочим на произ­водстве, кража имущества, оставленного потерпевшим под временный присмотр, взятого в магазине для примерки, переданного носильщику для переноса и т.п.2

Кража считается оконченной с момента получения виновным воз­можности распорядиться похищенным по своему усмотрению. При со­вершении кражи на охраняемых объектах и территориях хищение не может считаться оконченным, пока имущество не вынесено с охраняе­мого объекта. Попытка вынести похищенное имущество за пределы предприятия образует покушение на кражу. Работники охраны, умыш­ленно содействующие выносу имущества или иным способом устра­нявшие препятствия хищению, несут ответственность за соучастие в этом преступлении. В случае возвращения имущества, изъятого и спря­танного на охраняемой территории, лицо освобождается от уголовной ответственности на основании положений о добровольном отказе (ст. 31 УК).

Точное определение момента окончания кражи в каждом конкрет­ном случае зависит от характера имущества, обстановки, в которой совершается кража, способа завладения имуществом, реальной воз­можности использовать его по усмотрению виновного.

Субъектом кражи может быть вменяемое лицо, достигшее 14-летне­го возраста. Субъектом кражи могут быть несовершеннолетние дети, тайно завладевающие имуществом родителей. Однако при решении этого вопроса следует исходить из указаний, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 3 декабря 1976 г. «О практике применения судами законодательства по делам о преступлениях несо­вершеннолетних и вовлечению их в преступную и иную антиобщест­венную деятельность», рекомендующих не допускать осуждения несо­вершеннолетних за кражу у родителей или других совместно прожива­ющих с ними членов семьи, если сами потерпевшие не обращались в соответствующие органы с просьбой о возбуждении против несовер­шеннолетнего дела в уголовном порядке.

Субъективная сторона кражи выражается в прямом умысле. Винов­ный сознает не только противоправность и безвозмездность изъятия чужого имущества, но и тайный способ своих действий. Именно на этом построен его расчет по завладению имуществом. При этом виновный руководствуется корыстным мотивом и преследует цель незаконного получения наживы.

Часть 2 ст. 158 предусматривает ответственность за кражу, совер­шенную: а) группой лиц по предварительному сговору; б) неоднократ­но; в) с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище; г) с причинением значительного ущерба гражданину.

Кража признается совершенной группой лиц по предварительному сговору, если в ней участвовали два или более лица, заранее договорив­шихся о совместном совершении преступления. Сговор может касаться места, времени, способа совершения преступления и т.п. Важно, чтобы он состоялся до начала выполнения объективной стороны кражи, во время приготовления или непосредственно перед покушением. Сговор, имевший место во время совершения кражи, не считается предвари­тельным, ответственность в таких случаях наступает по ч. 1 ст. 158 УК. По признаку группы с предварительным сговором могут квалифициро­ваться действия только тех лиц, которые непосредственно участвовали в краже как соисполнители преступления. При этом не обязательно, чтобы все они выполняли одинаковые действия. Одни из них могут обеспечивать доступ к имуществу, другие производить его изъятие либо стоять на страже или выполнять другие исполнительские функ­ции1. Таким образом, соисполнительство не исключает распределения ролей между участниками кражи; при этом действия соисполнителей ква­лифицируются без ссылки на ст. 33 УК. Лица, которые непосредственно не участвовали в совершении кражи, а ограничились подстрекательством или обещанием скрыть похищенное или иным путем содействовать краже, Должны нести ответственность по ч. 4 или 5 ст. 33 и ст. 158 УК.

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7



Реклама
В соцсетях
рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать рефераты скачать